«Когда перешли границу с Украиной, рельсы целовали»

29.10.2017, 08:08 Просмотров: 5 782

«Когда перешли границу с Украиной, рельсы целовали»

93-летний житель Раковки – разведчик, получивший правительственную награду, сбил вражеский самолет из пулемета и взял в плен немецкого офицера

В прошлом номере «Телеграфа» мы рассказывали о Дальней Раковке, которая праздновала свое 60-летие. Во время подготовки к празднествам мы познакомились со старейшим жителем микрорайона – Иваном Иосифовичем Шепеленко, который в скором времени встретит свое 94-летие. Разведчик, удостоенный правительственной награды, поделился с «Телеграфом» своими воспоминаниями. Он прошел боевой путь от Дона до Карпат, получив пять ранений. А на фронт отправился 16-ти летним мальчишкой по собственному желанию, сбежав с авиационного завода, который обеспечивал ему «бронь».

 

Иван Шепеленко в Кременчуге живет с 1946 года. Сперва он был командиром взвода в колонии, находившейся на Раковке, в районе Костромы. А его командировали организовывать колонию на территории нынешнего «АвтоКрАЗа». С 50-х годов до выхода на пенсию многие годы работал слесарем-сборщиком на вагоностроительном заводе.

 

«Люди не знали, куда бежать: город накрыло «зажигалками»

Окончив с отличием кременчугское фабрично-заводском училище при вагонзаводе, 15-летний парень получил распределение на работу в Москву, на авиационный завод.


– Только начали работать, и тут через месяц – война. 22 июля был первый налет на Москву. Люди не знали, куда бежать: город накрыло «зажигалками». Они летели сверху как листья!


На заводе организовали бригады для ночных дежурств. Днем – работаешь, а ночью дежуришь на крыше, возле бочек с песком и водой. Если падает «зажигалка», ее нужно срочно погасить: так спасали авиационный завод от пожара. А уже через месяц началась эвакуация предприятий:

– В октябре немец подошел к Москве. Смотрим, а в небе немецкие самолеты – один, второй, третий… Началась бомбежка: тогда и Большой Театр пострадал, и Красная площадь. В Москве опомнились, что воздушная защита не работает: подняли вокруг города заграждение из аэростатов, чтобы не прорывались вражеские самолеты. Но в городе была паника, которую, к тому же, нагнетала группа диверсантов. Люди бросали все и убегали: дома, магазины были раскрыты настежь. У нас был секретный завод, куда можно было попасть, только преодолев несколько проходных. А тут приходим: все двери раскрыты, документы с подоконников слетают. Когда передали, что последний поезд отправляется с Белорусского вокзала, туда ринулось полстолицы. А там всего один пассажирский вагон с выбитыми окнами, битком набитый людьми, и кругом суматоха…

 

Побег с тыла на фронт

Вместе с заводом, который было решено эвакуировать из Москвы, Иван Шепеленко отправился в Казань. До нового места работы ехали месяц – приходилось часто делать остановки, уступая дорогу военным эшелонам. По прибытию на место мерзлую землю накрыли брезентом и поставили станки: так выглядел авиационный завод, выпускавший бомбардировщики.


– А жить негде – ночевали в кинотеатре юного зрителя. Потом нам дали талоны на поселение с адресами. Стали искать – а везде занято. Наконец, повезло: взял меня один татарин. Завод находился в 12 км от города – нужно было ехать трамваем, в котором не было ни окон, ни дверей. Хотя бывало, с завода не выходили по месяцу: работаешь и там же живешь – трубы-то горячие.


Но кременчужанин не хотел отсиживаться в тылу – вместе с друзьями просились пойти на фронт. Однако им, работникам авиационного завода, отказали:

– В армию нас не брали, хотя мы, украинцы, рвались все на фронт. Но у нас «броня» – мы ведь бомбардировщики выпускаем. Поэтому ни под каким предлогом на передовую нас не брали. И тогда мы придумали хитрую схему. Каждое воскресенье на рынке были облавы: искали дезертиров. Мы выкинули свои документы и пошли на базар. Там нас и забрали в горвоенкомат, а оттуда – добровольцами в армию.

 

После трехнедельного обучения в Московском радиотехническом училище молодой парень попал в… конную разведку. Воевать начал от станицы Мамонтовка на реке Дон:

– Вызывают нас в штаб – получите лошадей. Из Сибири к нам пришли такие маленькие лошадки! И такие норовистые – подойти к ним было страшно. Неделю их обкатывали, у нас все разбито было в кровь, штаны прилипали: а что делать, хочешь, не хочешь – объезжать их надо. Уже в первую ночь едем в конную разведку, а снегу!.. Приезжаем к одному селу на Дону, где оборону держали итальянцы. Хаты все под соломой, низкие. Смотрим, под сараем закутанный итальянец стоит, чуни из соломы. Тогда мы взяли этого «языка».


Врезалось в память кременчужанину, как они, украинцы, наконец освободили свой первый украинский город.

– Когда мы перешли границу с Украиной, так рельсы целовали, что мы уже на родине. В России как-то никто ничем с тобой не поделится. В Украину попали – люди последнее отдавали нам, солдатам.


За время войны Иван Шепеленко получил пять ранений. Первое из них – в руку, в Харьковской области, когда их подразделение попало под бомбежку:

– Было утро, только начало сереть, когда летит «Рама» (Fw 189 – ред). Мы пригибаемся, бежим в сарай, а она за нами и обрушивает две фугасные бомбы. Одна попала в колодец, а вторая – в сарай. Товарищу, который стоял возле дверей, осколком голову перерезало. А нас троих ранило бревнами, которые разлетелись при попадании бомбы. Мне повредило руку.


До госпиталя раненым пришлось идти больше недели, скрываясь от немцев и довольствуясь едой, которой с ними иногда делились местные жители…

 

Сбил немецкую «Раму» из пулемета

Медалью «За отвагу» Иван Иосифович был награжден за то, что вместе с товарищами из пулемета сбил вражеский самолет:

– Мы стояли тогда в обороне на Донце. Сидим в блиндажах, когда летит «Рама»: как давай строчить по нам из пулемета. А была установка, как действовать в таких случаях: нижний мост воза снимается, одно колесо закапывается, а другое стоит на оси и к нему привязываешь пулемет, чтобы можно было стрелять по воздушным целям. Летит эта «Рама», я хватаюсь за пулемет. И мы ее сбиваем! Ну, нас напечатали везде, и в «Красной звезде» даже. Командиров наградили орденами, хотя они всего этого и не видели, а нас – медалями.

 

Пленил немецкого офицера

Военный подвиг, за который разведчик получил правительственную награду, он совершил в 1944-м, будучи разведчиком Мотоциклетного Черкасского полка:

– Мы стояли в Дубно, у реки Буг – наша задача была захватить мост через реку, не дать немцам его взорвать. Я все время наблюдал за немцем, сидящим в окопе. А у нас было так: кто первый ворвется в лагерь противника, получит Героя СССР. Патриотизма у меня было хоть отбавляй: я всегда был впереди во время наступлений – видимо, поэтому получал в боях легкие ранения: меня всегда подстреливали из автоматов. Говорю командиру: я в эту ночь сделаю вылазку во вражеский окоп. Он согласился, но, говорит, смотри, я тебя не посылаю. Я вооружился кинжалом, взял карабин, нож и пошел. Врываюсь в окоп, а там два немца. Оба в таком замешательстве! Одного убил сразу, а второго давай вязать. Он уже связанный, кляп во рту, когда появляется немецкий офицер. Он был в таком расположении, что не мог оказать мне никакого сопротивления. Офицера взять важнее. Я связал его, засунул кляп в рот, взвалил себе на плечи. Солдата пришлось убить. И тут немцы все это заметили, и за мной началась погоня. Понимаю, что если буду нести немца, не спасусь. Убил офицера, забрал его портмоне с документами. Вернулся в свое расположение, отдал их. А там, действительно, были секретные материалы.


За этот поступок Ивана Шепеленко представили к ордену ВОВ первой степени. Вот что сказано в его наградном листе за 1944 год.
«Немцы, обнаружив, что часовые убиты, а офицера нет, открыли огонь. Шепеленко был тяжело ранен в правый глаз, а офицер был убит. Шепеленко забрал документы офицера, представил их командиру группы и дал ценные сведения о нахождения огневых точек противника. Тов. Шепеленко достоин правительственной награды орден «Отечественной войны I степени».


Но в итоге кременчужанина наградили орденом «Красной звезды». Как он говорит, во‑первых, немца он не донес до лагеря живым, во вторых – не был коммунистом… После полученного ранения война для него была уже окончена.

 

«Когда перешли границу с Украиной, рельсы целовали»

Иван Шепеленко одним из первых на Раковке строил дом: он появился в 1957 году. В нем вместе с семьей живет до сих пор, имея множество внуков.

 

Автор: Виктория МУДРАЯ
Теги:
Комментировать статью могут только зарегистрированные пользователи.
Пожалуйста, ВОЙДИТЕ или ЗАРЕГИСТРИРУЙТЕСЬ.
Ознакомьтесь с правилами комментирования.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.


Вверх