АВТОРАЛЛИ. Юрий Шаповалов стал бронзовым призёром чемпионата Украины – 2010.

28.10.2010, 20:24 Просмотров: 3 409
За последние три года это третий пьедестал кременчугского гонщика..

Шаповалов: ’’Моя цель была, есть и остаётся - выиграть чемпионат Украины’’

фото www.rally.in.ua

Чемпионат Украины 2010 года по авторалли состоял из шести этапов (1.Буковина, 15-16 мая, 2.Чумацький шлях, 5-6 июня, 3.Мариуполь, 26-27 июня, 4.Галичина, 24-25 июля, 5.Александров ралли, 14-15 августа, 6.Ялта, 11-12 сентября). В результате очень серьёзной борьбы, а иначе в этом виде спорта и не бывает, кременчугский пилот команды «Фокстрот Ралли Тим» Юрий Шаповалов занял в чемпионате итоговое третье место, набрав за шесть этапов 430 очков. Чемпионом же стал опытнейший и, пожалуй, сильнейший на сегодня гонщик в Украине, Александр Салюк-младший, в активе которого 615 очков. На втором месте чемпионат закончил Валерий Горбань – 585 очков.
Недавно нам удалось встретиться с Юрием и задать ему пару вопросов, относительно последнего чемпионата.
Чего, на Ваш взгляд, не хватило в этом чемпионате, что бы выступить лучше?
Для более успешного выступления в этом году немного не хватило везения. Но я не опускаю руки и всё равно, планомерно и целенаправленно буду идти к своему чемпионскому титулу.
То есть, если не получится выиграть, например, и в следующем году, это для Вас ничего не поменяет?
Конечно же, нет. Я такой человек, который всё привык доводить до конца и делать это планомерно, то есть работать над этим столько, сколько потребуется для достижения цели. Я не люблю каких-то случайностей и, если я выиграю чемпионат, то хочу, что бы это означало только одно – я был лучшим в течении всего сезона и заслуженно победил. Да, можно выиграть и случайно, сход конкурентов сразу на нескольких этапах  или что-то в этом роде, но это не для меня.
А реально вообще победить Александра Салюка-младшего?
Конечно же, он молодец, один из лучших пилотов, шестикратный чемпион Украины и этим всё сказано. Он профессионал и, в отличие от меня, живёт и зарабатывает только гонками. Но тем приятнее будет его победить.
Напомним,  что в прошлом году Шаповалов также выиграл бронзу чемпионата Украины, а в 2008 году показал свой лучший результат – 2 место.

Юрий Шаповалов и Кирилл Несвит (фото www.rally.in.ua)

ДОСЬЕ:
Юрий Шаповалов
пилот
Команда:
«Фокстрот Ралли Тим»

Кременчуг,
Страна:
Украина
Дата рождения:
14.03.1972
Начало карьеры:
23.04.2004
Стартов в ЧУ: 31
Первый старт в ЧУ: ралли «Столица» (2004)
Побед в ЧУ: 0
Подиумов в ЧУ: 9
Очков в ЧУ: 344
Лучший результат в ЧУ: вице-чемпион (2008)
 
Автомобили:
Subaru Impreza WRX STi
Mitsubishi Lancer Evo
 
Штурманы:
Виталий Евтехов (2004)
Любомир Шумаков (2004 – 2008)
Игорь Володько (2007)
Кирилл Несвит (2007 – 2008)
 
Карьера в чемпионате Украины:
2004 – ЧУ (1), класс N4, 5 гонок, 18 очков, 5-й
2005 – ЧУ (1), класс N4, 5 гонок, 13 очков, 5-й
2006 – ЧУ (1), класс N4, 7 гонок, 23 очка, 4-й
2007 – ЧУ (1), класс N4, 5 гонок, 13 очков, 7-й
2008 – ЧУ (1), класс N4, 6 гонок, 29 очков, вице-чемпион
2009 – ЧУ (1), класс N4, 3 гонки, 248 очков, 3-й
2010 – ЧУ (1), класс N4, 6 гонок, 430 очков, 3-й
 
Зарубежные соревнования:
2006 – WRC Rally of Turkey, TUR. Юрий Шаповалов/Любомир Шумаков, Mitsubishi Lancer Evo, класс N4, 1-й.
2007 – Ралли Лахденпохья, RU. Юрий Шаповалов/Любомир Шумаков, Mitsubishi Lancer Evo, класс N4, сход.
2008 – Ралли Ладога, RU. Юрий Шаповалов/Кирилл Несвит, Mitsubishi Lancer Evo, класс N4, сход.
Ралли Белые Ночи, RU. Юрий Шаповалов/Любомир Шумаков, Mitsubishi Lancer Evo, класс N4, сход.
ЧУ – Чемпионат Украины, (1) – среди 1-х пилотов

Также вашему вниманию, для более тесного знакомства с Юрием Шаповаловым, предлагаем его интервью с Владимиром Некрасовым, записанным в апреле этого года.

Пожалуй, Юрий Шаповалов – один из самых спокойных, уравновешенных и трезвомыслящих людей, которых можно встретить в безумном, суматошном, а порой и скандальном мире под названием «украинское ралли». На его езду всегда приятно смотреть – она и эффектна, и эффективна одновременно. И еще одно: с Юрой всегда интересно поговорить – вот только зачастую для этого недостаточно времени. Мы переносили нашу встречу трижды, и в итоге она состоялась в День Юмора, 1 апреля. Впрочем, оставив шутки и подколки за дверью, я начал наш разговор с серьезного вопроса…

Спорт и учеба
Владимир Некрасов: Знаешь, Юра, тебя довольно тяжело охарактеризовать каким-то одним словом. С одной стороны, ты вице-чемпион Украины, победитель турецкого этапа WRC, мастер спорта международного класса… Солидные достижения – но назвать тебя «ветераном» у меня язык не повернется. Скажи, как ты сам себя ощущаешь в свои 38?
Юрий Шаповалов: Смотря как посмотреть. Я выступаю в ралли шесть лет, с 2004-го. Согласен, это немало, и я не могу назвать себя новичком в этом деле. Но ты, вероятно, имеешь в виду другое – не пропала ли у меня мотивация? А как же она может пропасть, если мне по-прежнему есть куда расти? Мной движет не только мотивация выиграть чемпионат или какую-то отдельную гонку – прежде всего мною движет желание самосовершенствоваться. У любого гонщика есть период, когда он активно развивается, учится. Наверное, благодаря занятиям с Александром Потаповым я двигался значительно быстрее, чем многие ребята, которые начали одновременно со мной. И если они по-прежнему топчутся на месте, то я действительно достиг определенного уровня. Но, тем не менее, я вижу, что и я не уперся в стену. Я понимаю, куда идти дальше, что делать, как совершенствоваться. И пока это понимание есть, мотивация никогда не пропадет.
В. Н.: Ну, с такой точки зрения любому гонщику есть куда расти – включая Лёба, Солберга или Хирвонена…
Ю. Ш.: Сложно сказать, что движет Лёбом – все-таки он уж очень много выиграл. Безусловно, там присутствует и финансовая заинтересованность, и просто получение удовольствия от быстрой и красивой езды. Но если ориентироваться на одни победы, то мотивация рано или поздно начнет падать. Возьми хоть Салюка – он не раз говорил, что в Украине ему не с кем гоняться… Вероятно, из-за этого у него мотивация намного меньше, чем раньше. Но я, отвечая на этот вопрос, говорю: я мотивирован точно так же, как и прежде.
В. Н.: Скажи, ты представляешь хотя бы примерно, где находится тот предел, к которому ты идешь? Где та стена, в которую ты когда-то упрешься?
Ю. Ш.: Ты знаешь, как говорит Потапов, в совершенствовании предела нет. Конечно, есть физика, и есть предел автомобиля. Вот, например, в прошлом году мы ехали, честно говоря, на лохмотьях. На старой резине, на автомобиле, собранном из всего прошлогоднего. Конечно, хотелось бы иметь более совершенный автомобиль, который не проигрывает основным конкурентам. Но это не основное. Я увидел, куда можно расти, когда я сел с правой стороны. Не штурманом, а тренером, работая с Назаром (Шаповаловым-младшим, сыном Юрия – прим. автора). Целый день откатавшись с ним справа, и наблюдая за его ошибками, я начал лучше понимать и свои ошибки тоже. Я хочу сказать, что возможность учить кого-то другого дает тебе хороший шанс совершенствоваться самому. Ты сразу видишь, насколько можно ехать быстрее, если не допускать таких-то ошибок. А сидя за рулем, ты воспринимаешь все по-другому, и этих ошибок зачастую не видишь.
В. Н.: Получается, тот же Потапов, несколько лет занимаясь с тобой в роли тренера, и сам стал сильнее, как гонщик?
Ю. Ш.: Конечно, и не только со мной, а, наверное, прежде всего – с самим собой. Он все время продолжает совершенствоваться, не стоит на месте; просто это не отражается ни в каких протоколах и таблицах. Иногда на наших тренировках он садится за руль – и я вижу, что достойного соперника ему будет тяжело найти даже сейчас. По крайней мере, в нашем чемпионате. Честно говоря, мне было бы очень интересно, если бы он опять выехал соревноваться, неважно в какой стране. Потому что Потапов, хоть и не является действующим гонщиком, совершенно точно тренируется больше, чем мы все вместе взятые. Он использует любую возможность для тренировки. Даже на стандартной Subaru: выпал снег – это дополнительная возможность тренироваться. Замерзло озеро – это дополнительная возможность тренироваться. Он так живет, он иначе не умеет и не хочет останавливаться.

Спорт и город
В. Н.: Бытует такая точка зрения, что гонщики даже в городском режиме все время что-то отрабатывают, чему-то учатся. Так это или нет, на твой взгляд?
Ю. Ш.: Я не против того, чтобы ездить по городу на правильном автомобиле – в моем случае, на Mitsubishi. Периодически я пересаживаюсь на него, чтобы не терять чувство габаритов, вес машины, динамику, баланс. Но я не воспринимаю городское движение как тренировку. На мой взгляд, глупо было бы вваливаться в каждый поворот, как будто ты в гонке. Да, иногда бывает, что между городами попадается какой-то хороший, извилистый и при этом просматриваемый участок – ну, можно его проехать правильно, так, как полагается. Или, например, крымские дороги – вот они как будто созданы для тренировок. В Крыму я, наверное, на Mercedes бы и не пересаживался. А в городах – какие тренировки? Тут и тренироваться-то негде …
В. Н.: Но, может быть, есть какие-то нюансы, мелочи, которые ты можешь совершенствовать ежеминутно?
Ю. Ш.: Совершенствовать можно только свои чувства. То, о чем я уже говорил – чувство габаритов автомобиля, его баланса. Это то, что можно делать в рамках безопасной езды по городу.
В. Н.: Бывало ли такое, чтобы спортивные навыки помогли тебе в какой-то нестандартной ситуации, сложившейся на обычной дороге?
Ю. Ш.: Конечно, не без этого. Все дело в том, что на дороге ты чувствуешь себя намного увереннее большинства. Ведь вся проблема обычных водителей в чем? Человек теряется. Во время какой-то экстренной ситуации он паникует, неадекватно реагирует и попадает, в результате, в аварию. А ты в таких случаях можешь наперед просчитать свою реакцию, свое торможение, возможные траектории, расстояние при обгоне и так далее. Ты предугадываешь события. Это огромный плюс к безопасности твоего движения. Понятно, что от всего не застрахуешься и всего не учтешь – ты же не Бог. Но спорт однозначно помогает по жизни.
В. Н.: Сережа Холодило рассказывал о таком случае, когда лет пять или шесть назад ты довез его из Львова в Киев за какое-то очень короткое время, что-то около четырех часов. Ты действительно так ездишь?
Ю. Ш.: Да, я помню тот случай, хотя точное время в пути, конечно же, не назову. Действительно, какое-то время назад такое бывало, но сейчас я уже не езжу так быстро. Я стараюсь придерживаться определенных правил. И не потому, что «пропал запал», а потому что в нашей стране слишком много людей, нарушающих правила. Не только ПДД, а вообще – любые правила по жизни. Поэтому мы вот так и живем. И знаешь, для себя я взял за основу соблюдение правил. Возможно, я их выполняю не идеально, не стопроцентно – но и не веду себя так беспредельно, как многие вокруг. Я не могу заставить всех жить по правилам, но я могу начать с себя. А энергию надо выплескивать в тех местах и на тех дорогах, которые для этого предназначены. Поэтому смертельно быстро по обычным дорогам я давно уже не езжу. Но насчет той поездки – да, пять-шесть лет назад такое вполне могло быть.
В. Н.: Ну, по крайней мере, в памяти Холодило это запечатлелось настолько, что он вспоминает тот случай до сих пор…
Ю. Ш.: Думаю, если бы он сейчас поехал со мной, он бы расстроился.

Спорт и машины
В. Н.: Давай вспомним момент, когда ты из кросса перешел в ралли. Какие у тебя были представления об этой дисциплине? Даже не так: совпадают ли они с тем, что ты знаешь о ралли сейчас?
Ю. Ш.: Честно сказать, я мало представлял, что такое ралли. Я думал, я приду – и если не выиграю сразу, то буду очень близко к лидерам. После кросса, где мы все ехали в секунде друг от друга, я смотрел на ралли и не понимал – куда они едут? Кто это такие? Как можно проигрывать по десять, двадцать секунд? В общем, представление о ралли, о штурмане, о стенограмме было очень призрачным. Да что призрачным – темный лес, да и только! Поэтому после первых гонок я, конечно, был шокирован. Потом был период, когда я как будто уперся в стену, и мне казалось, что это просто не мое, что мне не дано ехать быстрее. Я подумал даже, что прекращу заниматься этим делом, раз у меня ничего не получается. Но тут включилась логика: все-таки, не боги же горшки обжигают? Я рассуждал так: в каждом цивилизованном спорте есть люди, которые чему-то учат. Только благодаря им можно добиться большего. И вот по такой логике у меня, без ложной скромности, первого в Украине появился настоящий тренер по ралли – мастер спорта международного класса СССР Александр Потапов.
В. Н.: Что ты вкладываешь в слово «настоящий»?
Ю. Ш.: Безусловно, всем спортсменам кто-то что-то подсказывал, показывал и чему-то учил. Но как таковых тренеров по автоспорту ни у кого в Украине не было. Я говорю не о человеке, который один-два раза с тобой выехал и что-то показал; я говорю о системном тренере, который работает с тобой по определенной программе. И эта программа, расписанная с ноля и до какого-то уровня, рассчитана, скажем, на три года. Вот такой подход в Украине я применил первым. А потом уже к этому пришли и другие. Тот же Протасов, который тоже уперся в стену; талантливый парнишка, а ездил только по деревьям. Он тоже пришел к выводу, что свой талант нужно направить в правильное русло, и обратился к прибалтийским тренерам. Он долго работал, совершенствовался – и результат налицо. Я не говорю про Салюка, у которого, как говорят, бензин в крови – врожденный талант позволял ему ехать быстро и без системного тренера. Хотя наверняка и с ним отец работал, подсказывал многое.
В. Н.: Возвращаясь к твоим представлениям о ралли – как они изменились за эти годы?
Ю. Ш.: По сути, у меня было три стадии. Сначала стадия «легко и просто», потом – «катастрофически сложно» вплоть до «невозможно», и теперь третья – «нет предела совершенству».
В. Н.: Скажи, какое место в этой цепочке занимала та авария на ралли «Ялта», когда ты очень сильно разложил свою Subaru и после этого пересел на Mitsubishi? Со стороны казалось, что это был какой-то важный поворот в твоей карьере…
Ю. Ш.: Нет, для меня это не было знаковым моментом – просто типичная ошибка, которая привела к аварии. И переход на другой автомобиль произошел не из-за аварии. Просто на начальном этапе моего обучения мне было достаточно и Subaru N8. По сравнению с топовым, заряженным автомобилем это был некий полуфабрикат. Его строил Андрей Александров, и тогда я не совсем его понимал. Сейчас я уже прекрасно понимаю, что на тот момент мне было все равно, на чем ехать. Дай мне тогда заряженный автомобиль, я поехал бы, возможно, на полсекунды быстрее – но с учетом того, что лидерам мы проигрывали по две-три секунды с километра, большой роли это не сыграло бы. И лишь потом, поработав какое-то время с Потаповым, мы пришли к выводу, что мы чему-то уже научились, и нам нужен автомобиль более серьезной подготовки.
В. Н.: Почему же ты решил перейти с Subaru на Mitsubishi?
Ю. Ш.: Конкретно по той Subaru – от нее трудно было чего-то добиться. Там надо было менять стойки, покупать кулачковую коробку, перенастраивать двигатель на другой бензин. Нам показалось, что проще построить новый автомобиль. Тем более, когда я сел на машину Разумовского, на которой стояли стойки Proflex – мне показалось, что это небо и земля. Ну, правда, когда потом через несколько лет я поставил стойки Rieger, то это опять было небо и земля, только уже по сравнению с Proflex. Но, в общем, это дает некое представление о том, насколько слабой была моя первая Subaru.
В. Н.: Чтобы закончить с этой машиной – какова ее дальнейшая судьба?
Ю. Ш.: Мы ее восстановили, полностью поменяли кузов. Она года два или три стояла у нас, а потом мы ее продали. Кажется, в прошлом году на ней кто-то выезжал – то ли Антон Кузьменко, то ли Тарас Кравченко. Это надо у них спрашивать, я, честно сказать, не вникал...
Спорт и люди
Владимир Некрасов: Давай на некоторое время забудем о машинах и поговорим о штурманах. Тебе как-то всегда с ними везло, не правда ли?
Юрий Шаповалов: Ну, как сказать… первую гонку я проехал с Виталиком Евтеховым. Тогда я вообще не знал и не понимал, что такое ралли, поэтому не могу сказать – подходили мы друг другу или нет. В то же время Виталий занимался и продолжает заниматься рейдами; он не мог сконцентрироваться на ралли. А в этот момент появился Любомир Шумаков, который вел тогда телепрограмму «Форсаж» и, естественно, с увлечением за всем этим наблюдал. Мы решили попробовать, и в итоге проехали вдвоем много гонок. Мы поменяли две или три стенограммы, пока с помощью Потапова не пришли к чему-то окончательному. И потом уже всех последующих штурманов я приучал именно к этой стенограмме.  
В. Н.: Их было не так уж много – одна гонка с Игорем Володько и потом сразу – Кирилл Несвит…
Ю. Ш.: Да, к сожалению, некоторое время Любомиру по состоянию здоровья нельзя было ездить; выхода не было, и кто-то – кажется, мой одесский «родственник» Витя Шаповалов – предложил поехать с Володько. Игорь, безусловно, очень опытный человек – но не мой. Во-первых, мы не тренировались; попробовали пару километров проехать, и сразу в гонку. И у него в стенограмме были свои специфические слова, которые в моем понимании означали совершенно другие вещи. Он не мог перестроиться на мои термины; местами он диктовал по-своему, а для меня это были абсолютно другие понятия. Его винить нельзя, это всего лишь одна гонка – но я сразу сказал однозначно: это не мой штурман.
В. Н.: Зато Кирилл Несвит вписался к тебе в экипаж, как бильярдный шар в лузу…
Ю. Ш.: Понимаешь, проблемы были со всеми, и со всеми мы очень много работали, на тренировках, на прописках. Иногда Кирилл даже обижался на излишнюю жесткость, резкость. То есть я не могу сказать, что мы прямо сразу сели и поехали. Но психологически мне комфортно с ними обоими. Если помнишь, пару раз я брал Любомира с собой в Карелию – не потому, что Кирилл не мог поехать, а просто для того, чтобы встряхнуть Любомира, расшевелить его. И никакого дискомфорта от того, что мы долго не ездили вместе, я не испытывал. Хотя должен признать, что на данный момент самый совершенный из моих штурманов – это Кирилл.
В. Н.: Как ты относишься к тому, что в прошлом сезоне он ездил не только с тобой, но и еще с четырьмя разными пилотами?
Ю. Ш.: Мне это однозначно не нравится, и я ему говорил об этом. Конечно, я не могу поступить, как, например, Ира Коломейцева, которая запретила своим штурманам выступать где-либо вне команды. Я человек более демократичный, и нас с Кириллом связывает не контракт, а просто хорошие, человеческие отношения. Поэтому я ему говорю: если ты так уж хочешь, то пожалуйста. Но этих прыжков из экипажа в экипаж я не одобряю. Дело не в том, что мне жалко. Просто после каждой гонки, проведенной с другим пилотом, Кирилла приходится, условно говоря, встряхивать и возвращать к тому состоянию, которое нужно мне. Потому что у каждого пилота есть свои заморочки, и у него то и дело начинают проскакивать чужие словечки – а меня это только отвлекает. Слишком большой набор терминов – это тоже не очень хорошо.
В. Н.: Неужели из совместных выступлений с другими пилотами штурман не вынес ничего полезного?
Ю. Ш.: Для меня – нет. Может быть, для себя он что-то и подсмотрел – например, какие-то особенности управления автомобилем. Но мне никакой пользы это не принесло. Ну разве что Кирилл мог дать какую-то характеристику каждому человеку, рассказать о его возможностях. Но обычно я это и сам вижу. 

Спорт и мир
В. Н.: Давай поговорим о Турции, точнее – о Rally of Turkey образца 2006 года, где ты занял первое место в классе N4. На самом деле, это ведь очень редкий случай, когда зарубежный пилот с первой попытки объезжает местных на их родной трассе. В чем был твой секрет?
Ю. Ш.: Знаешь, какое было мое первое желание по приезде в Турцию? У нас с Валерой Разумовским были стартовые номера 80 и 82. И вот первой мыслью было – хоть бы не опозориться и не остаться на финише в конце сотни. То есть задача выигрывать и близко не стояла. По большому счету, мы ехали в Турцию, чтобы узнать и увидеть раллийный «высший свет». Посмотреть на организацию, на подготовку трассы, на уровень других пилотов – увидеть мир, в конце концов. Кроме того, нам был совершенно непонятен – да, думаю, мало кому из украинских пилотов был понятен – уровень гонщиков в других странах. Поэтому нам хотелось просто увидеть, на каком свете мы находимся. Но, проехав несколько первых допов, мы увидели, что мы не где-то в хвосте, а реально можем ехать быстро, на уровне. В стенограмме у нас проблем не было, мы тогда довели ее почти до совершенства. В общем, мы поняли, что можно бороться.
В. Н.: И тем не менее, после третьего допа вы проигрывали лидеру класса чуть меньше трех минут…
Ю. Ш.: А за счет чего получился этот отрыв? В стартовой ведомости нас поставили в самом хвосте, аж за моноприводными автомобилями класса А6. А турок, имеющих национальный приоритет, поставили впереди. И на СУ3, трассу которого размыло дождем, монопривод попросту застрял! Нам пришлось остановиться, дожидаться джипов, которые повытаскивали этих застрявших… Короче, доп не отменили – но всем нам дали время какого-то местного экипажа, который ехал на Fiat Palio в классе N2. И таким образом мы от лидера класса N4 – а это был чемпион Турции Хакан Динк – отстали сразу на три минуты. Но к середине второго дня ралли он увидел, что мы вышли на второе место и начинаем его поджимать. Он занервничал, добавил скорости – и убрался. И вот тогда мы поняли, что теперь наша основная задача – спокойно добраться до финиша.
В. Н.: Таким образом, что же было главным фактором твоей победы?
Ю. Ш.: Мы не наделали кучу ошибок в большой степени благодаря тому, что Потапов нас сдерживал, объясняя, что не надо никуда гнать. Если бы мы с первого же допа нажали в полную силу, все закончилось бы по-другому. С нами в классе стартовали два очень быстрых пилота на автомобилях Super 2000 – Джандоменико Бассо и Волкан Ишик. И оба они развалили машины в первый же день, и доехали на честном слове позади нас. И половина горячих турецких парней сделала то же самое; более того, они начали бить машины чуть ли не с шейкдауна. А мы построили правильную тактику, грамотно ее воплотили в жизнь и выиграли. То есть главным фактором было все-таки наше спокойствие. И везение, огромная доля везения.
В. Н.: В этом году гонка проходит по новым спецучасткам, но все же – наверное, покрытие будет во многом схожим…
Ю. Ш.: Не знаю, как будет сейчас возле Стамбула, но в районе Кемера допы были просто убойные: много камней, колея по пояс… Был один 30-километровый доп, не вспомню его название (вероятно, Юра имеет в виду СУ8 «Фазелис», длиной 29,28 км – прим. автора), который представлял собой кошмарный сон любого раллиста. Он проходил в сумерках, когда видно уже плохо, но свет фар еще не помогает; кроме того, он начался во время дождя, к которому добавился еще и туман. Представляешь: плохая видимость, ночь, скользкая каменистая трасса, дождь, туман – и так тридцать километров? В другой раз мы выскочили из-за закрытого поворота и прямо посреди дороги увидели огромный камень, размером с вот этот стол (Юра показывает на внушительный журнальный столик, за которым мы сидим – прим. автора). Не думаю, что его выкатили зрители – вероятнее, где-то вверху кто-то зацепил его и он просто скатился по склону сам. Я не знаю, как мы умудрились его объехать – наверное, в тот день нам Бог помогал и вел к победному финишу…
В. Н.: Это и было то самое везение, о котором ты упоминал?
Ю. Ш.: Не только. Был еще один момент: у нас тогда в машине стоял маленький бак, кажется, на 60 литров. А допы длинные, перегоны длинные, бензина еле-еле хватает. И вот мы, уже финишировав на последнем СУ, понимаем, что нам надо просто доехать до сервиса – и мы выиграли гонку. Но датчик топлива показывает полный ноль. Представляешь, как было бы обидно, если бы в этот момент у нас кончился бензин? Поэтому все время, пока дорога вела с горы вниз, к городу, я выключал мотор и ехал накатом. Без гидроусилителя руля, без тормозов – просто катился и все. Лишь бы доехать. Это был один из самых запоминающихся моментов той гонки.

Спорт и споры
В. Н.: Помнишь, три года тому назад, когда Салюк-старший создавал новый комитет ралли, он позвал туда всех топ-пилотов. И ты был едва ли не единственным, кто отказался, вежливо, но решительно. Неужели не интересно управлять процессом?
Ю. Ш.: Я отказался по ряду причин. Во-первых, я не считаю, что в комитете должны быть одни гонщики. Это должен быть сплоченный, но в то же время разношерстный коллектив. Пусть там будут представители гонщиков, организаторов, функционеров, судей, прессы. Если бы у нашего чемпионата был титульный спонсор, то и его представителя неплохо было бы включить в состав. Комитет должен быть разносторонним. А во-вторых, я действительно очень занят, и не смог бы уделять работе в КР достаточно времени; а делать что-либо плохо не привык. Хотя, конечно, не со всеми решениями комитета я согласен – но идти в КР только ради того, чтобы влиять на них, я не хочу.
В. Н.: А что конкретно тебя не устраивает?
Ю. Ш.: Например, решение о моношине на этот сезон – и я объяснил Салюку и Горбаню, почему. Нельзя поступать так, особенно в период кризиса. Сама по себе моношина – это нормально. И это решение можно оставить, но ввести его в действие с 2011 года. Тогда все постараются спилить остатки имеющихся колес, а новые будут покупать уже Pirelli. Я, например, все равно буду покупать новую резину, и куплю Pirelli, не проблема. Но вот, скажем, Вова Петренко – у него осталась куча BF Goodrich. И что ему теперь делать – ехать в Кубке? Или в классе У12? По-моему, это бред. Или, например, правило о том, что за два месяца до гонки нельзя появляться на трассе будущих спецучастков. Те, кому надо, все равно выедут и потренируются – просто это будет цирк, игра в прятки. Вместо этого надо было сделать цивилизованно – пожалуйста, тренируйся, но с разрешения организатора. Скажем, я приехал к организатору, он мне перекрыл кусок трассы, я ему уплатил определенную сумму и потренировался. И организатор понимает, что на эти деньги он спокойно сможет этот кусок отгрейдеровать заново, и еще немного себе отложить на проведение гонки. Ну чем плохо?
В. Н.: Ладно, но какая необходимость тренироваться именно там, где будет проходить доп?
Ю. Ш.: К сожалению, мы – не Карелия и не Финляндия. У нас попросту негде тренироваться, кроме как в гонках. Но если кто-то думает, что, выезжая на гонку или на десять гонок, он совершенствуется – то он глубоко ошибается. Совершенствуешься ты, прежде всего, в тренировках – а уж потом в гонке можешь закрепить полученные навыки. А где у нас тренироваться? Где есть трассы, подходящие для тренировок, но не задействованные в гонках? Лично мне все равно, на какой трассе заниматься. Я не заучиваю дорогу, я просто отрабатываю определенные элементы езды, определенные приемы, навыки. Поэтому мне не принципиально тренироваться именно там, где будет проходить гонка – просто больше негде.
В. Н.: Интересное дело – ты всегда находишься среди лидеров, но никогда не был замечен в каких-то интригах или разборках. Допустим, ты сам не писал ни на кого протесты в силу своего характера – но ведь и тебя никто никогда не пытался вскрыть или даже на словах обвинить в химии…
Ю.Ш.: А я тебе скажу, почему. Во-первых, я человек, в общем-то, неконфликтный. Да, если я увижу явную несправедливость, я молчать не буду. Но сам я в эти разборки не лезу, и они меня обходят стороной. И кроме того, я никогда не химичил свои машины. Когда мне строил автомобиль Разумовский, я ему сказал: Валера, меня не интересует, что ты делаешь у себя в машине, но в моем автомобиле должно быть все в идеальном соответствии регламенту. Пусть он не будет таким же мощным, как у конкурентов, но пусть в нем будет все нормально. Видимо, все об этом знали, потому что протестов на меня действительно никто никогда не писал. В моем понимании победа не должна достигаться любым путем. Мне неинтересно выиграть, сняв кого-то из-за неправильной коробки или спойлера. Возможно, это неправильно, и в спорте должно быть наоборот. Но для меня, как я уже говорил, спорт – это возможность через ралли познать мир, пройдя путь к самосовершенствованию.


 статья и фото www.rally.in.ua 06.04.10



 
0
Автор: krivoruchko
Теги: ралли
Комментировать статью могут только зарегистрированные пользователи.
Пожалуйста, ВОЙДИТЕ или ЗАРЕГИСТРИРУЙТЕСЬ.
Ознакомьтесь с правилами комментирования.


Вверх